Современники графа Сен-Жермена отмечают, что как историк он обладал чуть ли не сверхъестественным знанием обо всем, что случилось за последние две тысячи лет, и в своих устных рассказах описывал до мельчайших подробностей события предыдущих веков. На званых обедах в домах аристократов, куда его с удовольствием приглашали, он потчевал присутствующих рассказами о своих невероятных приключениях в далеких странах или об историях из личной, интимной жизни великих людей, французских и иных королей, с которыми, как он заявлял, ему доводилось встречаться и при дворе которых бывал сам. А однажды даже обмолвился, что владел посохом или жезлом, с помощью которого Моисей извлек воду из скалы. При этом ничтоже сумняшеся добавил, что посох ему подарили в Вавилоне. И тут же сыграл коротенькую мелодию на клавикордах. На вопрос, что это за музыка, граф небрежно отвечал, что не знает и что в первый раз он ее слышал при вступлении Александра Македонского в Вавилон.

Авторы мемуаров, рассказывающие обо всем этом, теряются в догадках, каким же свидетельствам графа можно доверять. Поразмыслив, приходили к выводу, что большинство рассказов Сен-Жермена взяты из каких-либо источников, например из мемуаров Брантома, Сен-Симона и других воспоминаний, тогда уже вполне доступных. Но, с другой стороны, сведения, сообщаемые им, были столь точными, а знания столь необыкновенными, превосходными во всех отношениях, что слова его обладали особой силой убеждения. И ему верили.

Если восстановить некоторые из его рассказов, то тем самым можно заполнить, хотя и косвенно, кое-какие прорехи в его собственной лоскутной биографии и в жизни тех, кто с ним был знаком и мог общаться.